1549391201_296393

БЛОГ: Как прикоснуться к Шору?

И. о. генпрокурора Думитру Робу 15 августа обратился в парламент с ходатайством о снятии с лидера партии «Шор», Илана Шора, депутатской неприкосновенности. В этот же день, безо всякой бюрократической волокиты, ходатайство рассмотрели на заседании юридической комиссии, после чего комиссия единогласно, всеми восемью голосами предложила парламенту проголосовать за снятие иммунитета с Илана Шора для проведения обыска, ареста и других процессуальных действий по его делу.

Основанием для ходатайства послужило уголовное дело, возбужденное 9 августа 2019 года по подозрению в «создании или управлении преступной группировкой, незаконном присвоении чужого имущества, намеренном банкротстве и отмывании денег». Позднее, 12 августа, это дело было объединено с делом о хищении из трех банков, открытом Антикоррупционной прокуратурой ещё в 2014 году.

После короткого выступления вице-спикера парламента Александра Слусаря и главы фракции ДПМ Дмитрия Дьякова, в котором Слусарь пожаловался на то, что «это решение опоздало на четыре года», а Дьяков пообещал поддержать снятие иммунитета с Шора, но попросил новую власть в дальнейшем «не использовать уголовные дела для давления на политиков», депутаты единогласно проголосовали за снятие с Илана Шора неприкосновенности. Перед голосованием фракция партии «Шор» покинула зал заседаний, обвинив правящую коалицию в, и устройстве «цирка с показательной казнью».  Об ощущениях, которые испытал в момент снятие неприкосновенности сам Илан Шор, достоверных сведений нет.

Все, таким образом, прошло сравнительно гладко, но есть две детали. Во-первых, в последнее время фракция ДПМ, а вслед за нею и депутаты от партии «Шор» злоупотребляют обвинениями в адрес правящей коалиции по поводу некоей «политической мести», которую они видят чуть ли не в каждом принятом коалицией решении. Доходит до смешного, когда, к примеру, экс-премьер-министр Павел Филип в тот же день на брифинге в парламенте заявил, что «фракция ДПМ намерена обратиться в Генпрокуратуру и к международному сообществу по поводу того, что коалиция блока ACUM и ПСРМ узурпировала власть в стране и намерена сфальсифицировать местные выборы».

Обвинения со стороны Филипа выглядят вдвойне смешными, если вспомнить о том, что они стали реакцией на открытое генпрокуратурой уголовное дело о попытке узурпации власти, в котором Филип как экс-премьер является одним из главных фигурантов, и объявление о намерении ПСРМ и ACUM заключить ещё одно соглашение, включающее пункт о взаимном ненападении на местных выборах. По факту, обвинения, конечно, смешные, поскольку расследование попытки узурпации власти вполне логично – ведь попытка-то была. Было сомнительное решение Конституционного суда (КС), о том что якобы последний срок формирования коалиции истёк 7 июня – отмененное впоследствии самим же КС, этого же состава (!), было незаконное отстранение президента Игоря Додона, и назначение на должность и. о. президента Павла Филипа, чтобы тот смог распустить парламент. Были чиновники, отказывавшиеся покинуть свои кабинеты, и утверждавшие, что именно они являются законной властью.  Были заблокированы здания парламента и правительства, а подконтрольные экс-лидеру ДПМ Владимиру Плахотнюку СМИ вовсю обвиняли в захвате власти Игоря Додона. Иными словами, действия по отстранению от власти Игоря Додона и роспуску парламента были продуманы и скоординированы, и если бы не реакция международных партнёров, захват власти мог бы и удаться.

Вообще, сложно представить насколько ДПМ была зависима от Плахотнюка. Стоило ему покинуть страну, как ДПМ скатилась до перевода стрелок, и совсем уж популистских обвинений. Оптимистичные заявления, которые делал Филип, о том, что ДПМ будет «реорганизована» и перейдёт в «конструктивную оппозицию», как, впрочем, и заявления Сергея Сырбу, о том что будучи в оппозиции он будет «рвать своих политических оппонентов», можно считать полностью провалившимися , а Филип дошел до жалоб  на “намерения” коалиции – не имея ни одного конкретного факта.

За то на фоне провала ДПМ, ещё ярче видны успехи правящей коалиции, которая всё-таки сумела привести прокуратуру в работоспособное состояние, и хотя бы поверхностно очистить её от ставленников Плахотнюка, превративших ведомство в инструмент олигархического режима.

Но вернёмся к Шору. Можно ли назвать объявление его в международный розыск, и последующее снятие с него депутатской неприкосновенности «цирком с показательной казнью»? Нет нельзя, поскольку Шор был причастен к краже миллиарда, которых как выяснилось было три, и в 2017 даже был приговорён к семи с половиной годам лишения свободы. Так что действия прокуратуры вполне оправданны, а вот цирком можно назвать события последних двух лет, когда человек причастный к «краже века», со вступившим в силу приговором не только находился на свободе, но и занимался политикой.

А, во-вторых, на реальную казнь – заслуженную, если уж на то пошло, казнь, действия прокуратуры не тянут еще и потому, что Шор давно находится в Израиле, не применяющем экстрадицию к своим гражданам. То есть, по сути, свободе Шора ничего не угрожает, максимум что сможет сделать прокуратура, это наложить арест на его имущество, да и то, только на ту малую часть его, которая находится в Молдове. В принципе уголовные дела, против Шора, Плахотнюка, и других лиц, причастных к краже миллиарда, но успевших сбежать из Молдовы, по определению не могут быть «казнью», поскольку расследование этих дел займёт годы, и даже соблюдя все предписанные процедуры, и полностью доказав их вину, их ещё надо экстрадировать, что вообще едва ли когда-то произойдет.  Словом, “снять неприкосновенность” с  Шора – и по-настоящему прикоснуться к нему рукой закона – две очень и очень разные вещи. Разборки с Шором, увы, остаются чисто символическими, и, да – показательными. В том плане, что никаких реальных неприятностей они ему не доставят. Это именно и только символическое действие – и не более того.

Тем не менее, даже такое символическое действие необходимо.  Оно, по крайней мере расставляет акценты – и открывает возможности для преследования тех, кто не смог сбежать. Раз уж организаторов преступных схем привлечь к ответственности в ближайшее время не получится, то было бы вполне логично, чтобы прокуратура запросила максимального наказания для исполнителей.

Притом, уголовную ответственность должны понести и судьи, по сути, давшие Шору сбежать, и пограничники, пропустившие Шора и Плахотнюка через границу без отметки о том, что они покинули страну, продажные прокуроры, и т.д.

И вот, пока генпрокурор ходатайствовал в парламенте о снятии неприкосновенности с Шора, в кишиневском аэропорту и в компании AviaInvest (принадлежащей Шору) прошли обыски, связанные с тремя уголовными делами о служебной халатности, превышении полномочий и незаконном пересечении границы. И что-то подсказывает, что теперь в аэропорту Кишинева обыски будут проходить достаточно регулярно, так как именно через аэропорт в Молдову и из нее шёл беспрецедентный поток контрабанды, наносивший государству ущерб, возможно даже больший, чем кражи миллиардов из банковской сферы.

БЛОГ Николая Андреева

Точка зрения, выраженная в этой статье, отражает мнение автора и не обязательно совпадает с точкой зрения новостного портала BASARABIA.MD

Răspândește știrea!

Comentează

Question   Razz  Sad   Evil  Exclaim  Smile  Redface  Biggrin  Surprised  Eek   Confused   Cool  LOL   Mad   Twisted  Rolleyes   Wink  Idea  Arrow  Neutral  Cry   Mr. Green